Пайщики ЖСК стали заложниками правосудия. Чьи интересы защищает судья Елена Берсенёва?

Граждане – кредиторы екатеринбургского жилищно-строительного кооператива «Западный-1» могут потерять свои квартиры и активы, вложенные в строительство жилого комплекса. Что делает судья, которая ведёт дело о банкротстве ЖСК, чтобы защитить права пайщиков?
Жилищно-строительный кооператив «Западный-1» был учреждён в декабре 2011 года. За несколько лет работы он построил в Екатеринбурге рядом с Юго-западным лесопарком в Верх-Исетском районе уникальный по архитектуре и ландшафту малоэтажный жилой комплекс из 13 пятиэтажных домов. Однако сейчас пайщики кооператива – владельцы готовых квартир – могут потерять право собственности.

Дело в том, что с 2017 года в Арбитражном суде Свердловской области рассматривается дело о банкротстве застройщика ЖСК «Западный-1». Судья по делу Елена Берсенёва допускает нарушения в своей работе, связанные с документами и доказательствами. Мы попытались разобраться, почему закрытие дела о банкротстве ЖСК затягивается, а попытки пайщиков заключить мировое соглашение остаются неуспешными.

Несуществующий долг

В январе 2019 года Елена Берсенёва в судебном акте указала, что ЖСК «Западный-1» должен выплатить 320 млн рублей своему подрядчику – компании «ВВК». Это странное решение судья приняла несмотря на то, что у неё на руках был приговор другого суда: компания «ВВК» была создана для хищения имущества и, кроме того, никаких работ для кооператива вообще не выполняла.

Уголовное дело о деятельности этой компании получило большую огласку в СМИ, поскольку её руководители – Евгений Белоусов и Константин Мартенс – придумали собственную схему, чтобы присвоить деньги людей, которые хотели купить квартиры в ЖСК «Западный-1». Они продавали им паи в ЖСК, которые «ВВК» должна была получить за выполнение подряда на строительство самого жилого комплекса. При этом никаких работ «ВВК» не вела, поэтому пайщики остались и без денег, и без квартир. А Белоусов и Мартенс присвоили себе в общей сложности 18,5 млн рублей, обманув 10 человек. В итоге Белоусова осудили на 9 лет в колонии строгого режима, Мартенса – 6 лет.

В арбитражном процессе существует так называемая преюдиция. Она обязывает один суд учитывать решение другого суда, уже вступившее в силу. Игнорировать принятое другим судом решение нельзя. Поэтому судья должна была учесть приговор отказать в выплате 320 млн рублей компании «ВВК». Однако она всё равно вынесла судебный акт, противоречащий приговору уголовного суда. В итоге апелляционный суд отменил решение Берсенёва, но вопросы к судье остались.

Квартиры под арестом

После истории со странным долгом Елена Берсенёва стала вести себя ещё более странно. Что ей двигало, мы не знаем. В декабре 2019 года она наложила аресты на все имущество учредителей и партнёров кооператива – более 70 квартир. Эти квартиры были единственным источником дохода и единственной возможностью преодолеть сложную финансовую ситуацию, сложившуюся в ЖСК.

Жилые помещения предназначались для продажи, с этих денег учредители кооператива намеревались рассчитаться с почти сотней кредиторов – граждан и компаний-подрядчиков, которые получали паи за выполнение строительных работ. Конечно, суды других инстанций вправе отменить решение Берсенёвой, и в настоящий момент процесс по отмене ареста имущества начался. Однако разбирательство занимает много месяцев, и отменить арест квартиры одалось только для одного пайщика. Остальным приходится ждать, пока они смогут переехать в своё построенное и введённое в эксплуатацию жильё или продать его.

Борьба против мирового соглашения

Проблемную ситуацию, сложившуюся в ЖСК «Западный-1» могло бы решить мировое соглашение кредиторов. Эта процедура применяется на любой стадии банкротства предприятия: должник и кредиторы на общем собрании договариваются о том, как будут выполняться обязательства по кредитам, и апелляционный суд утверждает решение, которое принято большинством голосов. Пайщики ЖСК много раз пытались заключить мировое соглашение, но, похоже, судья Берсенёва не готова его утверждать – она много раз отказывала кредиторам, ссылаясь на проблемы с документами и даже запрещала проводить собрания по этому вопросу.

Кроме того, судья отказалась исключать кредиторов, которые получили квартиры, но при этом могли голосовать на общем собрании по вопросу мирового соглашения. Апелляционным инстанциям пришлось исправлять ошибки Берсенёвой.

Впрочем, судья стала не единственной, чье поведение вызывает вопросы. Свои загадочные решения судья принимала с подачи конкурсного управляющего Анны Шичкиной. Складывается впечатление, что Шичкина делает все, чтобы затянуть процесс заключения мирового соглашения.

Конкурсный управляющий кооператива Анна Шичкина несколько раз, как будто специально, неправильно считала голоса кредиторов, которые на общем собрании голосовали за мировое соглашение в деле о банкротстве. В итоге Арбитражный суд Свердловской области по жалобе кредитора признал действия конкурсного управляющего незаконными. После этого Шичкина не стала проводить собрание в марте 2020 года, как обязывала её сделать апелляционный суд, и сослалась на «болезнь». При этом «болезнь» не помешала подать заявление о запрете проведения собрания.

После этого Анна Шичкина своевременно не представила в суд документы о погашении требований кредиторов второй очереди и об отсутствии требований кредиторов первой очереди. В итоге суд в очередной раз отказал в утверждении мирового соглашения, чего, вероятно, и добивалась конкурсный управляющий.

Дальнейшие действия Шичкиной проливают свет на тех людей, которые могут стоять за всей этой историей. В июне 2020 года конкурсный управляющий самовольно изменила очередность требований одного из кредиторов ЖСК – компании «БАМ-Строй» – с четвёртой очереди на третью, нарушая интересы других кредиторов. Когда Шичкиной на это указали, она назвала своё решение «технической ошибкой». При этом она опять отказалась проводить собрание кредиторов, на котором они наконец могли заключить мировое соглашение. Кроме того, конкурсный управляющий включила в реестр требований кредиторов Дмитрия Рожина и Александра Дембинского, которые давно переуступили свои требования производственной компании «Лес». Всё это стало для суда основанием вновь не утвердить мировое соглашение.

Кредиторы ЖСК, устав от действий конкурсного управляющего, незаконность которых установлена даже судом, решили отстранить Анну Шичкину. Однако Елена Берсенёва отказалась это делать. Со стороны может показаться, что судья "играет за одну сторону". К тому же различные махинации с документами и требованиями кредиторов привели к тому, что репутация ЖСК «Западный-1» непоправимо пострадала. Граждане – кредиторы ЖСК «Западный-1» думают, что такие действия лишают их конституционно права на жилье, мешая заключить мировое соглашение в деле о банкротстве кооператива.

«Судебная защита прав и свобод человека может быть обеспечена только компетентным и независимым правосудием, осуществляемым на началах справедливости и беспристрастности. Такое правосудие предполагает соблюдение каждым судьей правил профессиональной этики, честное и добросовестное исполнение своих обязанностей, проявление должной заботы о сохранении как своих личных чести и достоинства, так и достоинства и авторитета судебной власти», – говорится в Кодексе судейской этики, который был утверждён на 8-м Всероссийском съезде судей в 2012 году. Возможно ли что у судьи Берсенёвой изменились жизненные цели и приоритеты и более они не соотносятся со статусом судьи?

Кредиторы ЖСК подали на судью 28 жалоб, и половина из них была удовлетворена.

Давайте зададимся вопросом, что вообще представляет собой судья. Судья – это не только высшая ступень карьеры юриста, социально важная работа и авторитетная государственная должность. Это ещё и призвание, ведь этот человек наделён правом вершить правосудие и устанавливать справедливость. Главная цель, обязанность и миссия судьи – строго следовать букве закона. И, поскольку судья не подотчётен никому, кроме закона и своей совести, все его решения должны приниматься с учётом огромной ответственности. Олицетворяет ли судья Берсенёва высшую справедливость на своём посту? Большой вопрос. Вероятно пайщики, направля десятки жалоб, считают что нет. Её странное поведение всякий раз оказывается на руку конкурсному управляющему, который преследуют свои интересы в этом крайне запутанном деле.

Made on
Tilda