Кто на самом деле ведет дело о банкротстве застройщика ТГК «Интерьер-Холл»?

Факты показывают, что дело о банкротстве застройщика ТГК «Интерьер-Холл» ведёт председатель Арбитражного суда Тверской Елена Романова, а не судья Ю.А. Медникова. Обращаем внимание Председателя Верховного Суда Российской Федерации В.М. Лебедева

Мы продолжаем следить за ходом рассмотрения дела о банкротстве застройщика ТГК «Интерьер-Холл». В одном из судебных заседаний по делу № А66-89/2018 судья Медникова после очередного заявленного ей отвода объявила перерыв и тут же отправилась в кабинет председателя Арбитражного суда Тверской области Романовой, держа в руках заявление об отводе и прилагаемые к нему доказательства на 250 листах о наличии заинтересованности судьи Медниковой.

Напомним, что в тот день, 15 февраля с.г. один из кредиторов заявил судье отвод. Доводами для отвода явилось то обстоятельство, что суд до сих пор не отстранил конкурсного управляющего С.М. Малахова как несоответствующего предъявляемым законом требованиям; следовательно судья, по мнению кредитора, была лично заинтересована, чтобы управляющий продолжал исполнять свои обязанности. В качестве приложений к заявлению об отводе было приложено почти 250 листов доказательств, подтверждающих, что процедуру банкротства застройщика ведет не С.М. Малахов, а юристы ООО «Юридического бюро «Падва и Эпштейн» во главе с генеральным директором П.Ю. Герасимовым, для которых сам Малахов является всего лишь ширмой.

Приняв заявление об отводе, судья Ю.А. Медникова объявила перерыв в заседании для разрешения вопроса об отводе. Однако, через несколько минут, держа в руках заявление об отводе и прилагаемые к нему доказательства на 250 листах, направилась почему-то в кабинет председателя суда Е.В. Романовой. В кабинете она пробыла несколько минут и вернулась к себе. После чего объявила решение об отказе в удовлетворении заявления об отводе.

Эта история с разрешением заявленного судье Медниковой заинтересовала нас, и мы направили журналистский запрос председателю Арбитражного суда Тверской области Е.В. Романовой. Из полученного ответа следует: 1. При осуществлении правосудия по судебным делам судьи независимы и подчиняются только Конституции и Закону. 2. Вопрос об отводе судьи, рассматривающего дело единолично, разрешается тем же судьей и никем больше. 3. В течение рабочего дня в кабинет председателя суда может зайти любой судья с целью решения организационных, административных и иных вопросов. 4. Судья Ю.А. Медникова заходила для того, чтобы поставить в известность председателя суда об очередном отводе.

Согласитесь, что такой ответ является, по сути, признанием того обстоятельства, что в тверском арбитражном суде грубо нарушаются первые требования о независимости судей: иначе как объяснить необходимость объявления рядовым судьей перерыва только для того, чтобы доложить председателю о рядовом факте заявления отвода этому судье? Очевидно, что никакой независимостью здесь и не пахнет, раз надо бежать на доклад к «старшему товарищу» и ставить ее в известность. Для чего спрашивается? Интересно, а что ответила председатель суда Е.В. Романова судье Медниковой на ее доклад? Уверены, что если сделать официальный запрос, то ответ был бы следующим: «Я ответила Юлии Александровне, что она зависит только от Конституции и Закона, поэтому больше с подобными вопросами ко мне не заходите!» На самом деле же представляется, что реальный ответ мог быть следующим: «Попробуй только принять отвод и долго ты в этом кресле не задержишься».В пользу такого предположения говорит и тот факт, что, к сожалению, в сложившейся практике назначения судей уже до 80% являются бывшими помощниками судей (Ю.А. Медникова, скорее всего не исключение), а на сам подбор судей решительным образом могут влиять председатели судов.

Но у нас есть только официальный ответ председателя суда Е.В. Романовой, в котором утверждается, что «вопрос об отводе судьи, рассматривающего дело единолично, разрешается тем же судьей и никем больше». Что же, попробуем порассуждать логически. Как уже указывалось, судья Медникова ходила в кабинет председателя суда Романовой вместе с самим заявлением об отводе и со всеми приложениями к нему, а это немногим более 250 листов. Зачем, скажите, судье, которая решила только «поставить в известность председателя суда об очередном отводе» брать с собой всю это макулатуру? А это почти половина стандартной пачки бумаги! Еще и довольно нелегка ноша, в прямом смысле, почти 2 кг.

Согласитесь, что ни один нормальный человек, который решил сообщить своему руководителю какую-либо новость, не понесет ему все материалы по данному факту. Очевидно, что такое возможно только в двух случаях: либо подчиненный сам захотел, чтобы руководитель решил за него вопрос, вызванной этой новостью, либо руководитель уже знал или предполагал постановку такого вопроса и заранее предупредил, чтобы ему принесли все связанные с этим вопросом материалы.

Как нам стало известно, для судьи Медниковой это был далеко не первый отвод, заявленный только в этом деле. К тому же на судью имеется и целый ряд жалоб в квалификационную коллегию судей Тверской области. Да и само дело о банкротстве застройщика ТГК «Интерьер-Холл» далеко не рядовое и уже получило значительный общественный резонанс. Значит, как нам представляется, судья Ю.А. Медникова, понимая, что ведение ей данного дела находится под самым пристальным вниманием контролирующих органов и общественности, не стала бы по собственной инициативе давать лишний повод усомниться в ее независимости и самостоятельности и не пошла бы сама за помощью к председателю суда Романовой.

Тогда получается, что председатель Арбитражного суда Тверской области Е.В. Романова каким-то образом заранее знала или, скорее всего исходя из собственного опыта, догадывалась, что судье Ю.А. Медниковой будет заявлен отвод, который, получается, для председателя суда очень нежелателен.

Из имеющихся в «Картотеке арбитражных дел» решений об отказе в отводе судьи Медниковой следует, что с каждым разом в уже поданных и разрешенных заявлениях об отводе судьи доказательства наличия заинтересованности и отсутствия беспристрастности приводились все серьезней и серьезней. Видимо поэтому председатель суда Е.В. Романова понимала, что в случае нового заявленного отвода судье Медниковой самостоятельно будет практически нереально оставить его без удовлетворения. Следовательно, председателю суда нужно было знать о тех обстоятельствах, на которые будут ссылаться в заявлении об отводе, чтобы помочь своей менее опытной коллеге оставить заявление об отводе без удовлетворения.

Подтверждением именно второго варианта может служить еще одно обстоятельство. Тогда же, 15 февраля с.г. было еще несколько заседаний по данному делу. На одном из них кто-то из участвовавших в деле представителей в обращении к суду задал вопрос, не находит ли суд оснований для самоотвода с учетом целого ряда уже поданных заявлений об отводе. Что, мол, при принятии решения об отводе или самоотводе судьи решающее значение должно иметь то, могут ли опасения участвующих в деле сторон считаться объективно обоснованными, а непредвзятость и независимость судьи должна быть видимой, явной и исключать какие-либо сомнения в ее беспристрастности. На что судья Ю.А. Медникова ответила, что она и сама бы рада взять самоотвод, но не может этого сделать.

А как еще можно объяснить следующий факт? После данного заявления об отводе судья Медникова выносит определение, в котором сама же указывает, что «судом установлены обстоятельства, ставящие под сомнение, что утвержденная кандидатура арбитражного управляющего Малахова С.М. соответствует требованиям, предусмотренным статьями 20 и 20.2 Закона о банкротстве» и назначает на 2 марта заседание по рассмотрению вопроса об отстранении конкурсного управляющего. Однако, уже 2 марта судья Ю.А. Медникова не установила оснований для отстранения конкурсного управляющего С.М. Малахова от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего в деле о банкротстве ООО «ВТЭК». То есть 15 февраля судья установила обстоятельства, позволяющие отстранить управляющего, но 2 марта та же судья не установила оснований для его отстранения! А где же личное убеждение судьи? Не могло же оно так быстро измениться? Это что, раздвоение личности, когнитивный диссонанс или опять помощь от старшего товарища?! А может быть именно поэтому судья Ю.А. Медникова не может взять самоотвод при наличии всех оснований только потому, что другой судья будет вести это дело по-другому, в соответствии с тем же самым Законом и без какой-либо оглядки на старшего товарища?

Безусловно, изложенное выше является только нашими предположениями, но основанными на конкретных фактах. И если наши предположения верны, то возникает сразу несколько очень важных и непростых вопросов. 1. Можно ли считать, что заявление об отводе судьи Медниковой было разрешено 15 февраля с.г. именно ей самой, как того требует Закон? 2. Не было ли со стороны председателя суда Е.В. Романовой попытки вмешательства в деятельности судьи Медниковой? 3. Почему судья Ю.А. Медникова, являясь лицом независимым, прежде всего процессуально, в силу Конституции и Закона и имея все основания взять самоотвод, по ее собственным признаниям не может этого сделать? 4. Значит ли это, что на самом деле решения в деле № А66-89/2018 о банкротстве застройщика ТГК «Интерьер-Холл» принимаются не судьей Ю.А. Медниковой, а председателем Арбитражного суда Тверской области Е.В. Романовой? 5. Изменился ли бы и каким образом ход дела № А66-89/2018 в случае замены судьи Медниковой?

Все эти вопросы пока остаются без ответа. Но, это только пока. Ведь должен же быть над «независимыми» судьями какой-то контроль? Есть же целый закон об органах судейского сообщества, есть же квалификационные коллегии судей, наконец, вышестоящие суды, которые, по логике, должны не только проверять обоснованность жалоб на уже принятые судебные акты, но и следить, а как вообще работают нижестоящие суды. Неужели за три года банкротства проекта «Интерьер-Холл» у них ни разу не возникло никаких вопросов? Неужели считается нормальным, когда вместо арбитражного управляющего конкурсное производство ведет Юридическое бюро «Падва и Эпштейн», руководители которого готовы сделать представителями управляющего хоть всех своих подчиненных, только чтобы сам управляющий не лез в дело и не присутствовал на заседаниях суда (при этом судья Медникова ведет сразу два банкротных дела, в которых всю работу за конкурсного управляющего Малахова, ведут юристы бюро «Падва и Эпштейн»)? Неужели это нормально, когда судья хочет взять самоотвод, но ей не дают этого сделать? Неужели в вышестоящих судах судьи также немедленно несут своему председателю поданные заявления об отводах?

Все мы видим и слышим, что требование независимости суда всё больше звучит в протестах оппозиции, и совершенно справедливо, на наш взгляд. Только оппозиция ничего не предлагает, используя для разрушения нашей государственности только выгодные им случаи вынесенных судебных решений. Мы же хотим обратить внимание общества, Верховной власти и Верховного суда, что настало время задуматься о возвращении института выборности судей, как это было в Советское время, и распространить эту практику и на арбитражных судей. Чтобы общественность и бизнес видели, что за люди будут их судить, есть ли у этих судей достаточный жизненный опыт, а может быть и опыт предпринимательства для судей арбитража. Или же предлагаемые кандидатуры кроме как в помощниках судьи и секретарях нигде не работали, а будут решать судьбы людей, предприятий, коллективов. Могут ли они вообще осознавать, к чему могут привести их решения, принимаемые именем Российской Федерации. Да, и если они выносят решения от имени Российской Федерации, то пусть Российская Федерация их и выбирает, а не назначает. И выбирает достойных, кто не только будет судить по закону и по правде, кто будет прежде всего уважать себя, а значит и своих подчиненных и участников споров.

А вот, как раз, уважения, видимо, в Тверском арбитраже и не хватает. Как можно быть председателем регионального суда уже 4 года и даже не начать работы по переезду в новое здание суда, которое городом уже давно выделено и даже освобождено от бывших арендаторов! Ведь никто не поспорит, что суд, как и театр, должен начинаться с вешалки. Но о каких вешалках можно говорить, когда вспоминается плачевное состояние самого помещения Тверского арбитражного суда, которое хорошо описано в тверской прессе: суд не располагает собственным зданием, помещения очень малы, в результате чего на заседания иногда не допускают журналистов, а Председатель суда Е.В. Романова даже не удосужилась за целый год пандемии оборудовать единственный большой конференц-зал видео связью для проведения он-лайн заседаний. В результате решившие лично прийти в заседания участники, вынуждены набиваться в крохотные кабинеты, нарушая требования социальной дистанции и рискуя заразиться ковидом.

Более того, необходимо вернуть институт народных заседателей, распространить этот институт и на арбитражные суды, которые зачастую решают вопросы имущественной ответственности граждан в неадекватной мере.

Просим Председателя Верховного Суда РФ Лебедева Вячеслава Михайловича считать данную статью официальным журналистским запросом, цель которого дать оценку действиям председателя Арбитражного суда Тверской области Е.В. Романовой, поведение которой свидетельствуют, на наш взгляд, о прямом ее вмешательстве в деятельности судьи Медниковой, что несомненно в глазах общественности влечет за собой умаление авторитета не только судьи Ю.А. Медниковой, но и самой судебной власти, ее независимости и непредвзятости.

В этих целях хотим обратить внимание на дополнительные факты. Когда в прошлом году еще действовало правило, по которому отвод судье рассматривал вышестоящий судья, то на вопрос заместителя председателя суда Голубевой в адрес судьи Медниковой о том действительно ли она участвовала в корпоративных праздниках вместе юристами, которые ведут данное банкротное дело, судья Медникова ответила о себе в третьем лице: «Мне об этом ничего не известно». Психологи, которым мы показали данный ответ уверенно сказали, что так отвечают люди, которым есть что скрывать.

Еще раз отмечаем, что действующее законодательство и нормативные акты определяют, что при малейшем сомнении участников судебного разбирательства в заинтересованности и отсутствии беспристрастности судьи судья должен сам брать отвод, так как непредвзятость и независимость судьи должна быть видимой, явной, исключать какие-либо сомнения в его независимости. На наш взгляд, это требование закона грубо нарушается председателем суда Е.В. Романовой, поведение которой в отношении судьи Медниковой абсолютно не соответствует народному пониманию о том, каким должен быть российский суд. Если так дальше пойдет, то скоро в тверском арбитраже можно будет услышать от простых людей такую фразу, которая нам запечатлела русская литература: «Ты, батюшка (матушка), не по закону суди, а по правде!». Так как в сложившихся условиях только судебная вертикаль имеет возможность обеспечить торжество справедливости и соответствие действующего закона народной правде, мы и обращаемся на самый верх этой вертикали – в Верховный суд.

Автор: редактор отдела расследований РР Владимир Родин

Made on
Tilda